История

Н.П. Акимов

Артисты

Спектакли

Читальный зал

Общение

Написать письмо
Дела давно минувших днейЗаметки из осветительской ложиНовейшая историяО Т.С. Казаковой
Татьяна Казакова: «Для зрителей в театре есть магия сообщества»

Татьяна Казакова вот уже шестой сезон возглавляет один из самых известных петербургских театральных коллективов — Академический Театр Kомедии имени Акимова. Оа заслуженный деятель искусств России, лауреат премии «Золотой Софит», за ее плечами — опыт работ в разных питерских театрах: Молодежном, «Балтийском доме», имени Ленсовета. В 1995 году она стала единственной женщиной-режиссером, котором было доверено художественное руководство драматическим театром.

— Татьяна Сергеевна, вам довелось работать и очередным режиссером, и лидером театрального коллектива. Каков алгоритм разницы этих двух состояний?

— Очередной режиссер отвечает только за свой спектакль и тех людей, которые в нем играют. Помню, как Игорь Петрович Владимиров говорил мне в бытность мою в театре имени Ленсовета: «Вы можете себе позволить все, а я — главный режиссер, и должен считаться с репертуарными планами!». Довольно быстро я осознала, что если ты стоишь во главе дела, то отвечаешь уже за весь театр. Рамки ответственности здесь очень повышены. С другой стороны, очевидно, что нет режиссера, который не мечтал бы стоять во главе театра. В принципе, данную стадию каждому режиссеру надо пройти. На этой должности творческая личность осознает, что такое единоначалие, и получает бесценный опыт взгляда на театр как на единое целое. И можно вспомнить бесценный опыт наших знаменитых главных режиссеров; Любимова, Товстоногова, Ефремова, Захарова. От главрежа зависит, чтобы творческая жизнь в театре не останавливалась. Когда мне предложили возглавить театр, я не отказалась. И сейчас не жалею об этом.

— Вы пришли в театр, славный своими традициями. Более того, он именной и жанровый. Вы не ощущаете себя пленником жанра?

— И да, и нет. С одной стороны, название нашего театра обязывает постоянно ставить комедии. С другой, понятие комедии -очень широкое и мощное и, на мой взгляд, исконно русское. Русский человек всегда над всем смеется. Такая уж у него судьба! Степень смеха в русском театре была очень резкой, вплоть до трагифарса. Возможности высокой комедии здесь необыкновенны. Границы жанра на меня сильно не давят, хотя есть пьесы, которые я, как режиссер, хотела бы поставить, но как главный режиссер говорю: «Эх, жаль! Не наша». Это, как правило, вещи психологического склада. Люблю драматургию Артура Миллера и Теннеси Уильямса. А кто из режиссеров не мечтает поставить Шекспира?!

— В вашем рабочем кабинете висят портреты трех выдающихся режиссеров: Акимова, Фоменко и Эфроса. Это символический отбор?

— Я их всех люблю. Они великие труженики театра. Если человек приходит в театр, то он делает здесь то, что умеет и может делать, даже если говорит о том, что хочет продолжить традиции предшественников. Петра Наумовича Фоменко я знаю и очень нежно люблю (и то, что он работал здесь и сидел за этим столом, для меня очень дорого). Николай Павлович Акимов -основатель нашего театра, его создатель, здесь все пропитано его духом. Анатолий Васильевич Эфрос — мой учитель. И поэтому я хочу, чтобы они все были со мною рядом и вместе.

— Анализируя афишу театра, которая сложилась за годы вашего руководства, замечаешь, что в названиях спектаклей очень часто отражаются отношения между мужчинами и женщинами: «Дамы и гусары», «Милый лжец», «Влюбленные», «Деревенская жена»… Случайное совпадение?

— Я считаю, что данная тема — самое главное, что есть в жизни. Вообще-то, это целая планета — отношения мужчины и женщины, на них строится человеческая жизнь. Сколько людей писали и творили на разные темы, но эти отношения лежат в фундаменте всего. Все глобальные проблемы, связанные с политикой и войной, при подробном рассмотрении, оказывается, имеют первопричину в конкретных людях. Мы спрашиваем: что за человек перед нами, почему это началось? Будем рассматривать его духовную жизнь и увидим, что многое (если не все) определяется отношениями с женщинами, когда этот человек — мужчина, и наоборот. Если два человека в течение долгого времени способны жить друг с другом счастливо, то это удивительные люди. И еще — громадная ответственность за того, кто с тобою рядом. Именно любовь определяет человеческие поступки. Рождается человек — его все любят, все прекрасно, но когда он вырастает, то учится жить без любви, и тогда желание любить и быть любимым вытесняется другими мотивами — политическими, научными, карьерными и другими. Многие наши беды нынче происходят от того, что людям недодано любви. Человек одинок, и он постоянно мстит за эту нелюбовь к себе. Как видим, на свете многое определяется отношениями между мужчинами и женщинами, любовью, либо ее отсутствием.

— Режиссер — мужская профессия, тем более главный режиссер. Каково женщине быть во главе такого сложного организма, как театр?

— Я могу сказать: так же трудно, как и мужчине. Здесь самое главное — наличие таланта. Когда я репетирую, то, прежде всего, ощущаю себя режиссером, а уж потом женщиной. Я вообще очень склонна влюбляться в артистов и как женщина, и как режиссер. Эти люди мне очень дороги. Они мои друзья. Мы почти как братья и сестры, у нас тип открытых отношений. В театре люди быстро сближаются, но и быстро могут разойтись в разные стороны. Театр живет успехом. Когда есть хорошая новая работа, то артисты могут и ревновать друг друга к успеху.

— Как правило, когда в театр приходит новый главный режиссер, он приводит с собою в труппу новых артистов. Вы тоже шли таким же путем?

— Можно вспомнить пример Георгия Александровича Товстоногова, который при всей славной труппе БДТ все звал и звал к себе новых артистов. Этот процесс — нормальное понимание состояния коллектива, его возможностей, таким образом происходит процесс обновления. Необходимо поддерживать определенные пропорции в своей актерской команде — и возрастные, и творческие. Для главного режиссера очень важно, чтобы его палитра красок всегда была полной и чтобы процесс смены поколений в театре шел нормально и естественно (а не так, как бывает порою: мамонты пришли, все протоптали, затоптали и ушли. К сожалению, в системе государственных театров подобное случается очень часто).

— Вам-то грех жаловаться. Артисты вашего театра востребованы, популярны и узнаваемы: Вельяминов, Дмитриев, Равикович, Светин, Сухоруков, Антонова, Мазуркевич, Никитенко. Как собрать этих «звезд» в ансамбль?

— Отечественный театр всегда был и есть театром ансамбля. И мы следуем этой традиции. Каждый настоящий артист всегда способен подчинить собственную индивидуальность общему замыслу спектакля.

— Сегодня многие артисты, служащие в стационарных коллективах, зачастую поглядывают в сторону частных антреприз. Как вы к этому относитесь, и не было ли у вас самой соблазна осуществить постановку вне стен Театра Kомедии?

— Когда артист востребован и его приглашают в подобные проекты, это идет на пользу самому артисту. А уже если его зовут в кино и на телевидение, это прибавляет популярности и тому театру, где он трудится. В театре мы делаем все, чтобы у артиста была возможность сниматься, при условии, что и он будет выполнять свои творческие обязанности. К сожалению, сегодня в среднем зарплата артистов не так велика, как хотелось бы, что и порождает их вечное беганье в поисках заработка, снижающее престиж профессии. Мне кажется, что уровень зарплаты для наших «звезд» общероссийского масштаба просто унизителен… Что же касается моих собственных планов поставить спектакль «на стороне», то у меня до сих пор существуют подобные предложения.

— Изменилась ли публика в театре? Не испортило ли ее телевидение?

— Я уже пережила тот период, когда в театрах были полупустые залы. На мой взгляд, это связано с состоянием жизни в стране. Когда жизнь налаживается, то и у людей возникают возможности — и временные, и материальные — ходить в театр. Публика любит наш театр. Она приходит к нам, потому что хочет смеяться. Людям нужна разрядка, и они ее получают. В этом смысле у нас выигрышное положение, ведь комедия всегда желанна, всегда востребована. Хотя, если говорить честно, зрители к нам более благосклонны, чем мы того заслуживаем. В нашем театре есть много артистов, на которых зрители просто ходят, их имена всем известны, и мы их уже вспоминали. Народ явно соскучился по зрелищу. А у театра есть преимущество перед телевидением с его ложной динамикой, низкопробными фильмами, с тем одиночеством, которое испытывает человек, сидя перед телеэкраном. Для зрителей в театре есть магия сообщества в темноте зала, когда чувства резонируют с необыкновенной силой. Живой контакт человека с тем живым действием, которое разворачивается на сцене, — это ничем нельзя заменить. Бывают такие моменты совместного сопереживания сцены и зала, ради которых и существует театр. Для меня важна любая реакция публики, но самая главная оценка нашего труда — когда после спектакля зрители останавливаются у фотографий в фойе и спрашивают о том, что еще можно посмотреть в театре, и когда зрители приходят на один и тот же спектакль во второй, третий раз. Для меня это самый важный критерий того, что им понравилось.

— Может быть, здесь еще играет роль и экономический фактор? Насколько я знаю, билеты на спектакли вашего театра не так дороги…

— Цена билета на обычное вечернее представление не превышает 50 рублей. В этом есть своя логика, наша дирекция не хочет повышать цены. Но спекулянты при дефиците билетов в наш театр увеличивают цену на них втрое-вчетверо (это говорит о популярности спектаклей). Мы намеренно держим цены на доступном уровне, потому что наш потенциальный зритель живет не так богато.

— Театр носит имя Николая Павловича Акимова, которому в апреле исполняется 100 лет. Каковы планы театра в связи с предстоящим юбилеем?

— У нас пройдет научная конференция, посвященная наследию Акимова как режиссера и художника. Театральный музей подготовит специальную выставку. Естественно, что непосредственно в день рождения Николая Павловича, 16 апреля, в театре состоится юбилейный вечер.

— Будет ли в очередной раз восстановлена знаменитая акимовская постановка «Тень»?

— Мы готовим новую редакцию спектакля, в котором сохранится общее художественное решение пространства, но исполнители всех ролей в пьесе Евгения Шварца будут новыми.

— В афише театра много пьес русских классиков и зарубежных авторов. А где современные пьесы?

— С первого момента пребывания на посту художественного руководителя Театра Kомедии я занята поисками современной пьесы. Вы себе не представляете, как трудно найти нечто новое и оригинальное! Но я не отчаиваюсь и надеюсь на появление современного Гоголя или Салтыкова-Щедрина, благо в нашей жизни есть над чем посмеяться.

Иллюстрации будут добавлены

© 2001 г. Статья. Сергей Ильченко.

На тему

Дела давно минувших дней

Заметки из осветительской ложи

Новейшая история

О Т. С. Казаковой

О сайте Об авторских правах